ВВЕДЕНИЕ

Данная курсовая работа состоит из двух блоков. Первый блок (глава 1 и глава 2) посвящён геополитической и геоэкономической ситуации в Норвегии и некоторым прогнозам в формировании военно-политических тенденций развития Норвегии. Особое внимание уделяется вопросу об отказе от вступления в Европейский Союз, а точнее причинам, подвигнувшим норвежцев проголосовать против на референдуме в 1994 году. По мнению автора, именно этот вопрос представляет наибольший интерес при рассмотрении геополитической ситуации в стране.
Второй блок (глава 3 и глава 4) посвящён норвежско-российским отношениям. Касательно российско-норвежского сотрудничества представлены такие аспекты как историко-географическая справка о взаимоотношениях России и Норвегии, размещение и создание военных ядерных баз вблизи норвежско-российской границы. Освещена чрезвычайно важная и волнующая не только Россию проблема утилизации ядерных отходов, увеличивающихся каждый год. Интересная ситуация сложилась на архипелаге Шпицберген (Свальбард). По договору от 9 февраля 1920 года архипелаг передан под "полный и абсолютный суверенитет Норвегии». Но и до настоящего времени он остаётся предметом многих дискуссий. В отношениях с Норвегией досталось неурегулированное наследство - предстоит решить застарелую проблему разграничения экономической зоны и шельфа(155 тысяч кв.км.) в Баренцевом море. Норвежцы придерживаются принципа медианой линии, тогда как россиянам ближе принцип арктических границ. Этот вопрос не урегулирован до сих пор. В этом свете понятна инициатива норвежского министра Т.Столтенберга по организации многостороннего органа- Совета Баренцева/Евро-арктического региона, который был создан в Январе 1993 года. В его формировании приняли участие представители Финляндии, Швеции, России, Дании, Исландии и ЕС. Целью нового образования является сотрудничество в сфере экономики, охраны окружающей среды и безопасности. Россия может извлечь из создания Совета определённую пользу. Речь идёт о привлечении инвестиций северных стран, а может быть, даже фондов ЕС для разработки полезных ископаемых в Арктике, развитии необходимой инфраструктуры в проведении экологических программ.
В заключении представлен сценарий развития российско-норвежских отношений.

2.2. Военно-стратегические аспекты развития Норвегии. Инерция холодной войны.

Во время холодной войны важность советских стратегических ядерных подводных лодок делала фьорды Кольского полуострова наиболее стратегически важной и уязвимой частью СССР. Советская оборона этих подводных лодок требовала содержания большого флота, армии и авиации, размещенных на Кольском полуострове, с тем чтобы иметь военную буферную зону, охватывающую как Баренцево море, так и Северную Норвегию.
Более того, фьорды Кольского полуострова были слишком уязвимыми , и Северному флоту было жизненно необходимо расширить зону своего базирования на фьорде Норвегии.
Огромная наступательная способность СССР, конечно же , беспокоил норвежцев, и они с готовностью принимали поддержку со стороны США на севере. Ввиду того, что Кольский полуостров был главной базой для советских ядерных подводных лодок и в некоторой степени для дальней бомбардировочной авиации и для стратегической ПВО, район Баренцева моря превратился в отдельный северный фронт.
Американская морская стратегия 1980-х годов предусматривала не только развертывание двух или трех авианосцев ВМС США в Норвежском море (каждый обладал ударной мощью всех Норвежских ВВС), но и что более важно, использование чрезвычайно бесшумных подводных лодок для поражения советских ПЛАРБ прямо на базах (или, при необходимости, после выхода в море) уже в первые минуту военного конфликта.
Соответственно, американо-советский военный конфликт где бы то ни было на земном шаре немедленно продолжился бы в районе Баренцева моря. В годы холодной войны и в особенности с течением её последней фазы Баренцево море было одним из наиболее чувствительных районов в мире и наиболее чувствительной границей между страной НАТО и Советским Союзом.
После холодной войны советские ПЛАРБ унаследовал российский ВМФ, и количество межконтинентальных ядерных ракет на ПЛАРБ возросло с 580 в 1985году до примерно 650 в 1995 году. В тоже время большое количество обычных, равно как и ядерных, морских вооружений, защищающих эти баллистические ракеты, было уничтожены. Сегодня Москва более не является врагом для Запада, но здесь, на Севере, произошло мало изменений в вооружениях. Таким образом, новые изменения к лучшему в Баренцевом регионе зависят от нового партнерства между Россией и Западом и относительно хороших российско-американских отношений. Такого рода хорошие отношения, вполне вероятно, будут продолжаться, поскольку Россия в обозримом будущем зависит от Западного капитала и технологий. Эта реальность будет оказывать влияние на российскую внешнюю политику, как это было подчеркнуто министром иностранных дел Е. Примаковым в его выступлении в Осло.
В начале 90-х годов эти российские реалии интерпретировались по различному в различных норвежских влиятельных элитах- в Министерстве обороны и Министерстве иностранных дел, в исследовательских институтах и в военном штабе- между так называемыми «атлантистами» и «европейцами». «Атлантисты» утверждали, что новое совпадение интересов не будет иметь таких же последствий для Северной Европы, как для Центральной Европы, и иллюстрировали это утверждение передислокацией российских вооружённых сил из Центральной Европы в район Северно-Западной России
Напряженность в Северной Европе, согласно рассуждениям «атлантистов» обусловлено наличием стратегического ядерного оружия, от которого Россия не откажется ни при каких условиях. Кроме того , европейские державы, например Франция и Германия, не могли много предложить морской Норвегии. США (при содействии Великобритании) были единственной союзной державой, располагавшей флотом и авиацией, способными покрывать большие морские пространства и полуострова Северной Европы. Принадлежность Норвегии к «атлантизму»- имея в виду США и до некоторой степени Великобритании- будет сохраняться в течение длительного периода.
«Атлантисты» утверждали, что рецидивы «холодной войны» могут повториться в будущем и что военно-стратегические решения по-прежнему должны иметь первоочерёдность для Скандинавии в отличие от ситуации на континенте.
«Европейцы» утверждали, что холодна война кончилась , что вывод войск в районы Северо-западной России следует рассматривать как кратковременную «парковку». Воинских частей, которые были вынуждены покинуть Центральную Европу, но которые уже находятся в состоянии эрозии. В дополнении к этому «европейцы» также подчеркивали, что Россия стремится к более тесным связям с Западом в целях георганизации своей экономики. Несмотря на то, что политико-экономико-культурные трения с Западом будут продолжаться, Россия будет не в состоянии перестроить свои военные силы в течение длительного времени. Для «европейцев» военный конфликт отходит на второй план, в то время как политико-экономическое соревнование приобретает всё большее значение. Для такой страны, как Норвегия , которая в последние годы до 80% своего экспорта направляет в ЕС, эти отношения должны иметь приоритет по отношению к военным связям с США, или, точнее сказать сотрудничество с США становится менее значимым в условиях военной разрядки.
Весной 1992 года норвежский министр иностранных дел Турвальд Столтенберг предложил идею Баренцева/Евро-арктического региона российскому министру ин. дел А. Козыреву.
Эта идея предполагала возможность длительного совпадения интересов между Востоком и Западом и преимущественного упора на гражданские, нежели на военные, проблемы. Столтенберг более или менее согласился с анализом «европейцев» и важностью связей с Европейским союзом. Предварительным условием победы «европейцев» могло быть то обстоятельство, что Столтенберг заручился поддержкой своей инициативы у ближайших союзников Норвегии, включая Соединенные Штаты. Примечательно, что накануне лета 1992 года ключевые фигуры среди «атлантистов» были вынуждены покинуть Министерство иностранных дел и принять назначения в различных посольствах. Военные связи с США останутся существенными как резервная позиция, но военная проблематика всё же рассматривается как второстепенная. Угроза военной атаки менее значительна, чем угроза, вызываемая эрозией российской экономики и вооруженных сил, включая эрозию ядерных реакторов на подводных лодках Северного флота.
Сменивший Столтенберг на посту министра иностранных дел Норвегии Нюхан Морген Холст охарактеризовал Баренцев регион как место встречи Северной Европы, России и Арктики, требующее внимание от ЕС и способствующее «нормализации и стабилизации» отношений между Востоком и Западом как вкладу в «новую европейскую архитектуру». В 1993 году норвежская властная элита нашла компромисс, или новый синтез, который приближался к концепции «европейцев». Этот синтез предусматривает упор на политико-экономические вопросы, в частности, на членство Норвегии в Европейском союзе, равно как и продолжение военного сотрудничества с США. Норвежское Министерство обороны утверждало в Белой книге, что условия для норвежской политики безопасности изменились. В этом документе подчёркивалось, что безопасность на Севере должна рассматриваться «в более широкой европейской перспективе». Американская военная сила рассматривалась как последняя линия обороны, в то время как «новая ориентация Финляндии и Швеции создаёт возможность для расширения обороны и сотрудничества в вопросах безопасности между северными странами».

2.3. Геополитика на Севере: скандинавский треугольник силы.

Во время холодной войны военные обязательства НАТО и США обусловливали центральную роль атлантической Скандинавии. Финские и шведские дипломаты обращались к Норвегии, чтобы получить информацию о событиях в мире. В начале и середине 1990-х годов, с изменениями на континенте, возникло впечатление, что атлантические страны оказались отнесены на второй план, а Швеция и Финляндия объединили свои усилия, стремясь приблизиться к континенту, вступив в Европейский союз. В целом предполагалось, что в случае националистического поворота в России Европейский союз будет способен ослабить напряженность, поскольку Россия, вероятно, заинтересована в плотных отношениях с ЕС. В то же время, мы стали свидетелями того, насколько были озабочены российским национализмом некоторые центрально-европейские страны, которые обратились с просьбой о приёме в НАТО. Возможный поворот в российской военной стратегии явился причиной того, что северные государства постарались дополнить основную европейскую ориентацию традиционными атлантическими связями.
Сила атлантической Скандинавии зависит от уровня военной напряжённости в Северной Европе. Соединённые Штаты смогут сохранять значительное влияние в той мере, в какой в новую меру будет сохраняться военная напряжённость. Другими словами, цель усиления атлантического измерения требует стратегии напряжённости, и некоторые силы США и России, возможно, желают превращения вопроса о расширении НАТО в такую стратегию, которая, в свою очередь не только бы отделило Великобританию и Скандинавские страны от большей части континентальной Европы , но и осложнило бы российско-скандинавское сотрудничество в Баренцевом регионе. Такой сценарий предполагает усиление националистических тенденций в России и одновременно возвращение традиционных политических сил в американской политике. Однако этот сценарий не отвечает общим тенденциям в политике северных стран в 1990-х годах.
Расширение НАТО скорее всего усилит американские обязательства и влияние США в Европе. Именно это всегда поддерживалось в Норвегии. С точки зрения дипломатии более значительная роль НАТО лишь усилит позиции Норвегии среди её северных соседей. Норвежское «нет» Европейскому союзу компенсируется возвращением НАТО. С военной точки зрения ситуация в Норвегии выглядит несколько иначе из-за того, что расширение НАТО создало напряжённость и даже враждебность со стороны России. Или, если процитировать Президента РФ Б. Ельцина, «когда НАТО приблизится к границам Российской Федерации, можно сказать, что будет два военных блока, и это явится реставрацией того положения, которое мы уже имели». Ведущие норвежские генералы обеспокоены реакцией России, кроме того, они полагают, что расширение НАТО может превратить её в аморфную организацию коллективной безопасности, занимающуюся в первую очередь Центральной, а не Северной Европой. Они также опасаются, что расширение НАТО легализует пересмотр Договора об обычных вооружённых силах в Европе, что приведёт к передислокации российских войск на север. В таком случае расширение НАТО трансформирует холодную войну в «холодный мир», при котором соперничество НАТО и России будет доминировать над влиянием Европейского союза и Германии.
Северные государства, очевидно, окружены треугольником силы, стороны которого составляют атлантические государства, Европа и Россия. Во время холодной войны не существовало независимой европейской стороны треугольника, и, таким образом, роль Скандинавии определялась принципом биполярного мира. В начале 1990-х годов Европейский союз играл роль главного действующего лица, поскольку военный конфликт не рассматривался как реальная угроза. На первый план вышли проблемы и интересы политико-экономического силового характера. Восточная, то есть российская, сторона и западная, то есть американская, сторона силового треугольника до некоторой степени теряли своё значение, в то время как южная сторона, то есть Европейский союз, приобретала доминирующий характер в регионе. Соответственно, с точки зрения «европейцев»,было бы логично привязать Баренцев регион к Европейскому союзу (с помощью представителя Комиссии ЕС в Баренцевом совете) и тем самым подсоединить этот канал диалога между Востоком и Западом к центральной экономик- политической силовой структуре. Однако восточная и западная стороны были бы вновь в состоянии накрыть Скандинавию в случае, если бы разгорелся военный конфликт. Это было бы продолжением традиционной игры внутри силового треугольника - Англия, Германия и Россия. Эти три державы в различные периоды определяли частично определяли и устанавливали условия северного порядка. С другой стороны, в то время как Германия была наиболее милитаристской силой в первой половине ХХ века, Европейский союз и Германия в период после холодной войны демонстрирует силу, благодаря тому, военную силу они заменили политико-экономической.
Сегодня традиционный упор государств на контроль над территориями и военные вопросы в значительной степени заменён вниманием к политико-экономической силе и в особенности обеспечением доступа к капиталу, информации и центрам, где вырабатывается политика - в Брюсселе, Бонне и Вашингтоне. Доступ к дипломатической игре в Европейском союзе и НАТО, очевидно, стал более важен, чем военная роль в НАТО. В начале 1990-х годов одно государство за другим стали стремиться войти в состав Европейского союза, в «общеевропейский дом». Даже Россия была вдохновлена желанием сблизиться с Европейским союзом и пользоваться плодами европейских институтов, европейского рынка и участвовать в центральных органах, где формулируется политика. Многие в Западной Европе, однако, рассматривают и расширение НАТО как дальнейшее строительство «общеевропейского дома», который даёт «приют» странникам из Центральной Европы. Рассуждать в терминах стратегии экспансии представляется абсурдным; никто на Западе не стремится перенести традиционную разграничительную линию «свой-чужой» к бывшей советской или даже российской границе, никто не хочет «чужой» территории, расширение ответственности на новых членов альянса вызывает большое сомнения. В такой глобальной перспективе Россия выглядит как хаотическая периферия, нечто, что может быть, включено в европейский космос лишь в отдаленном будущем.
Очевидно, что Россия не сможет подняться из хаоса в космос, ей стало необходимо формировать свою идентичность преимущественно как неевропейского государства - Евразийского, православного или великорусского. Казалось, Россия должна была создать свой собственный центр и периферию в политическом и военном отношениях, свою собственную вселенную, свою иерархию от космоса до хаоса внутри зоны СНГ. Отношения России к Европе базировались бы на диалоге: в приграничных районах - на основе прямого взаимодействия различных миров или различных политических культур, как это видно на примерах Баренцева/Евро-арктического региона или Совета государств Балтийского моря, а в обще региональном плане - в форме партнёрства между различными мирами, которое учитывало бы статус России как великой державы с собственной сферой влияния и с правом голоса в европейских делах. Такая престижная позиция вызывает беспокойство некоторых западных держав. Однако на практике динамичный экономический процесс в Европе будет делать Россию всё более слабым партнером при любых обстоятельствах. Пока европейские отношения продолжаются фокусироваться на политико-экономических вопросах, российская военная мощь не будет трансформирована в политическую мощь. Такая ситуация будет сохраняться, пока Россия не испытывает необходимости акцентировать свой статус как великая держава, например, путём использования ядерной дипломатии. Опасения на Западе предоставить России слишком престижные позиции в общеевропейских институтах столь же абсурдны, как и опасения в России в отношении экспансионистской стратегии Запада - причём по совершенно одинаковым причинам.

Глава 3. Норвежско-Российский диалог.

3.1. Соседи по северу.

Основы взаимоотношений между Норвегией и Россией заложены историей и географией.
Географически Норвегия протянулась на 2 тысячи 650 км вдоль западного и северного побережья Скандинавии, ее территория, примыкающая к этому побережью, составляет 325 тысяч кв.км, а также включает в себя архипелаг Свальбард с островом Медвежий, расположенный приблизительно между 74 и 81 градусами северной широты и составляющий примерно 63 тысячи кв.км, и остров Ян-Майен площадью 380 кв.км, расположенный между Исландией и Гренландией. Кроме того, Норвегия объявила суверенитет над Землей Королевы Мод в Антарктиде, над островом Петра 1 у западного побережья Антарктиды и над островом Буве, расположенным между Южной Африкой и Антарктидой за пределами действия Договора об Антарктике.
Сухопутная граница между Норвегией и Россией составляет не более 196 км. Однако это старейшая и наиболее стабильная российская граница. И она всегда была границей мира. Веками территории на Крайнем Севере были мало заселены, и основные заботы государства сводились к сбору налогов на пушную торговлю. В течение многих столетий территории на севере не были делимитированы, и перекрывающие друг друга претензии королей Норвегии и Швеции и русских царей сочетались с терпимым подходом всех заинтересованных сторон за исключением, возможно, налогоплательщиков, мнением которых никто не интересовался. После делимитации в 1751 году границы между Швецией (включавшей Финляндию) и Норвегией статус оставшегося самого северного участка, там, где норвежская территория соприкасается с российской, был определен Договором 1826 года. С тех пор поправок в этот договор не вносилось. Мир в этом районе был нарушен только дважды: в 1941 году, когда германские войска напали на Россию, и в 1944 году, когда Красная Армия перешла границу, чтобы изгнать оккупационную армию и освободить восточный Финмарк — самую северную область Норвегии.
Географически территории Норвегии и России образуют побережье Баренцева моря, расположенного между их соприкасающимися участками континентальной суши, норвежским архипелагом Свальбард (Шпицберген), российскими архипелагами Земля Франца Иосифа и Новая Земля. Российские рыбаки традиционно вели промысел у норвежского побережья, а купцы заходили в норвежские порты для обмена рыбы на зерно и муку (эта практика получила известность как "поморская" торговля, причем здесь использовался даже особый диалект, состоявший из элементов немецкого, норвежского и русского языков). Норвежские охотники на тюленей, китов и зверя организовывали экспедиции на Свальбард и в восточную часть Баренцева моря, а также на Землю Франца Иосифа и на Новую Землю. Начиная с конца XVII века, русские охотники из великих северных монастырей плавали на Свальбард, однако эти экспедиции впоследствии стали более редкими и полностью прекратились в середине XIX века. В конце того же столетия переселенцы из Норвегии в надежде на лучшую жизнь стали оседать в редких поселках на побережье Кольского полуострова — российские власти приветствовали этот факт как возможность укрепить экономику этого малонаселенного района.

3.2.Географический фактор.

ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ФАКТОР означает также, что и у Норвегии, и у России имелись стратегические интересы, привязанные к их смыкающимся территориям. Эти стратегические интересы объективно различны, поскольку Россия является — и будет оставаться — великой державой с огромными людскими и природными ресурсами, значительными обычными вооруженными силами, а также одним из самых внушительных в мире стратегических ядерных потенциалов. Норвегия, напротив, небольшая страна, не имеющая ни желания, ни возможности осуществлять какую-либо военную политику за пределами собственных границ. Придерживаясь фундаментального принципа миролюбивого подхода к международным отношениям, Норвегия содержит скромную по размерам военную структуру, предназначенную исключительно для целей самообороны и для участия в международных операциях по поддержанию мира и по оказанию гуманитарной помощи.
В период между установлением независимости Финляндии и началом второй мировой войны напряженности в пограничных районах между Норвегией, Финляндией и Россией не было. После войны ситуация изменилась:
— Финляндия уступила Петсамо, и Норвегия и Россия вновь стали непосредственно граничить друг с другом;
— единство союзников в период войны сменилось конфронтацией и состоянием холодной войны;
— Норвегия стала одним из государств — основателей НАТО; — с созданием ядерного оружия и расширением российского Северного флота Кольский полуостров превратился в базу одного из сильнейших в мире военных флотов и местом размещения огромного арсенала ядерных вооружений, а также складирования массы отработанного ядерного топлива с военных кораблей и ледоколов и других ядерных отходов.
Норвегия внесла свой вклад в усилия по снижению уровня напряженности, приняв политику ограниченного автономного сдерживания в отношении военной активности на норвежской территории: уже в феврале 1949 года, то есть еще до вступления страны в НАТО, правительство Норвегии информировало Советский Союз о том, что оно не станет участником никакого договора, который включал бы обязательство со стороны Норвегии по созданию баз для вооруженных сил иностранных государств, если Норвегия не станет объектом нападения или угрозы нападения. Позднее Норвегия заявила, что при тех же условиях ядерное оружие не будет размещаться на норвежской территории. Норвегия также проводит политику, в соответствии с которой военные и воздушные натовские учения не должны проводиться ближе пятисот километров от российской территории и которая исключает передвижения иностранных воинских частей вблизи границы. В связи с окончанием холодной войны эти ограничения были в определенной степени модифицированы, однако их основные положения сохранились.
Между Россией и странами — членами НАТО ведется дискуссия о будущей конфигурации Организации североатлантического договора и о формах сотрудничества между НАТО и Россией. Данная статья — не подходящее место для разговора об этой дискуссии. Но можно с уверенностью предположить, что граница между Норвегией и Россией будет продолжать оставаться одной из самых мирных границ в Европе.

3.3.Экологическая безопасность Норвегии.

Однако обломки холодной войны все же надолго останутся с нами в виде ядерных отходов, присутствующих в огромных количествах на северо-западе России. Эти отходы состоят из плутония с ядерных боеголовок ракет, бомб, артиллерийских снарядов и торпед, которые снимаются с вооружения и разбираются, из стержней отработанного топлива двигателей ядерных подводных лодок и ледоколов, а также из различных других видов отходов. Четыре стареющих реактора Кольской АЭС имеют гражданское назначение, но в то же время они являются неотъемлемой частью послевоенного развития данного региона.
О масштабе этой проблемы говорит тот факт, что около 70 ядерных подводных лодок сняты с вооружения, однако технически не "списаны" и стоят в доках со стержнями отработанного ядерного топлива по-прежнему в реакторах двигателей. Условия хранения этих реликвий холодной войны оставляют желать много лучшего. Российский Северный флот, которому предназначено оставаться основой потенциала ответного ядерного удара, страдает от последствий радикальных сокращений военных расходов. Потребности содержания кораблей, несущих боевое дежурство, приходят в противоречие с равно необходимыми мероприятиями по удовлетворительному обслуживанию моторных и реакторных отсеков, а также корпусов кораблей, снятых с вооружения.
Накопление ядерных материалов и отходов, находящихся в различных условиях хранения и наблюдения, представляет собой значительную опасность случайной утечки жидкостей и газов с соответствующей угрозой загрязнения воздуха и воды. Независимо от добрых намерений и наилучших побуждений тех, кто несет за это ответственность, данное положение дел представляет собой неприемлемый элемент риска для здоровья и благополучия местного населения, прежде всего жителей Мурманской и Архангельской областей. В то же время некоторые из указанных хранилищ находятся менее чем в пятидесяти километрах от ближайших норвежских поселений, и их жители переживают то же беспокойство, что и их соседи по восточную сторону границы.
Однако проблема эта не только местная. Потенциальные угрозы здоровью настолько значительны, что вызывают беспокойство на национальном уровне в непосредственно заинтересованных странах и, более того, — из-за размеров возможных последствий — во все европейском масштабе.
Дополнительный элемент заключается в том, что реки северо-запада России впадают в Баренцево море, где и Норвегия, и Россия занимаются управлением и эксплуатацией одного из богатейших в мире рыболовных районов. Это представляет собой значительный экономический интерес для обеих стран, с весомым экспортным компонентом. Исключительно важно, чтобы на международных рынках сохранялась уверенность в качестве и чистоте рыбы, выловленной в Баренцевом море. Малейший слух о недостаточном качестве или радиоактивной зараженности рыбы, пойманной в Баренцевом море, может иметь серьезные последствия в условиях нынешнего времени, когда природоохранные соображения играют растущую роль в сознании потребителя. Общественное мнение все более податливо на эмоциональном уровне на сообщения средств массовой информации по вызывающим беспокойство вопросам, в особенности когда речь заходит о рисках, связанных с ядерной темой. Реакция потребителя, с точки зрения приемлемости продукции, может быть резкой и продолжительной.
Правительства обеих стран осознают серьезность этих вопросов и намерены принять эффективные меры по выправлению сложившейся ситуации. Эта обоюдная решимость была выражена на самом высоком уровне в Декларации об основах отношений между Королевством Норвегия и Российской Федерацией, подписанной Президентом Б. Н. Ельциным и тогдашним премьер-министром Гру Харлем Брундтланд 26 марта 1996 года в ходе государственного визита Президента России в Норвегию.
Помимо этого, данные вопросы учтены в соглашениях о сотрудничестве в области охраны окружающей среды, о раннем предупреждении об авариях на ядерных объектах, о сотрудничестве в области безопасности ядерных объектов и о сотрудничестве в области охраны окружающей среды в связи с военной деятельностью.
На основе этого Норвегия разработала программы участия в усилиях, направленных на повышение безопасности российских ядерных объектов, утилизацию, обработку и хранение ядерных отходов и отработанного ядерного топлива, на решение проблем радиоактивного заражения в северных районах и угроз для окружающей среды, связанных с ядерным оружием.
Важность проблем, порождаемых военной деятельностью, с очевидностью вызывает необходимость большого внимания международного сообщества. Важная роль принадлежит Международному агентству по атомной энергии. Мы должны стремиться получить возможно более разностороннее содействие третьих строи: техническое, политическое и финансовое. В этом контексте многообещающая инициатива предпринята министрами обороны Норвегии, России и Соединенных Штатов Америки, принявшими во время встречи министров обороны Российской федерации и НАТО в сентябре 1996 года в городе Бергене Декларацию о природоохранном сотрудничестве в военной области в Арктике.
Норвегия по-прежнему готова работать вместе с Россией над поиском эффективных средств предотвращения угроз окружающей среде. В течение длительного времени видное место в общей повестке дня занимал следующий проект: поиск технических средств решения проблемы комбината "Печенганикель", расположенного в городе Никель, в пятнадцати километрах от общей межгосударственной границы. Этот комбинат выбрасывает 230 тысяч тонн диоксида серы в год — в несколько раз больше, чем вся Норвегия. Результат — полное уничтожение растительности вокруг города, создающее впечатление лунного ландшафта. Норвегия выразила готовность оказать практическое содействие в предотвращении распространения этой катастрофы окружающей среды на ее территорию, предложив безвозмездную помощь в размере 43 млн. американских долларов на модернизацию комбината, которая позволила бы понизить выбросы до приемлемого уровня. Правительство России согласилось внести на эти цели такую же сумму.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Норвежские власти по многим причинам придают большое значение развитию Баренцева региона. Это один из районов в котором холодная война была особенно холодной. Поэтому необходимо заботится о том, чтобы использовать имеющуюся историческую возможность для установления прочных, добрых и мирных связей. Лучший способ предотвратить появление нового недоверия и конфликтов - это взаимно налаживать долговременное и обязывающее сотрудничество между российскими и норвежскими обществами во всех важных областях жизни.
Сегодня у нас есть возможность развивать контакты с нашими соседями так, как это было немыслимо всего несколько лет назад. Торговля с Норвегией может способствовать позитивному экономическому развитию России, и прежде всего Северо-западу России. Кроме того, сформировались положительные геоэкономические и геополитические тенденции в сотрудничестве между Норвегией и Россией. Любые конфликты и противоречия могут негативно сказаться на формировании долговременного и взаимовыгодного норвежско-российского сотрудничества, так необходимого в первую очередь России.
Подтверждением формированию таких тенденций стало образование в 1993 году Совета Баренцева/Евро-арктического региона, главной целью деятельности которого было создание сети позитивных контактов через северную границу востока и Запада, которые могли бы содействовать экономическому росту и благосостоянию и уменьшению вероятности будущих конфликтов.
Определён ряд крупных проектов, направленных на совершенствование системы транспорта и связи в регионе. Другие отрасли, на которых отрасли сфокусировано внимание, особенно с точки зрения привлечения более широкого внимания и дополнительных финансовых ресурсов к решению задач повышения безопасности ядерных объектов в северо-западной России и понижения опасности радиоактивного заражения во всём регионе. Другой интересной областью является расширение контактов обменов между научными и медицинскими центрами в регионе. Часть средств на это предоставляется центральными правительствами, существуют также связи с межправительственными финансовыми институтами, такими как ЕБРР и Северный инвестиционный банк. Трое членов Баренцева совета одновременно входят в ЕС, и на проекты Баренцева региона распространены различные программы ЕС. Необходимо подчеркнуть ценность контактов на региональном уровне. Деятельность Баренцева совета заложила основу для укрепления связей между народами Севера, в частности представителями коренного населения.
В рамках деятельности Совета государств Баренцева моря, созданного 5-6 марта 1992 года в Копенгагене, членом которого является Россия, особое внимание уделяется формированию тенденций по решению таких приоритетных вопросов, как развитие морских портов, участков транспортных коридоров, создание Балтийской энергетической системы.
Созданием Арктического совета, по существу завершилось формирование сети региональных международных организаций сотрудничества, сфера действия которых охватывает северные и северо-западные районы России, и большинство граничащих с ними зарубежных стран.

В сценарии развития геоэкономических и геополитических партнёрских отношений между Россией и Норвегией невозможно представить поддержание и развитие иных тенденций кроме вышеописанных. В противном случае это грозит, кроме обострения дипломатических отношений между Россией и Норвегией, и многими другими крайне негативными последствиями.
Поскольку Норвегия является страной-членом НАТО, то обострение отношений может привести к тому, что Норвегия станет для России потенциальным противником в Северной Европе. При повышении уровня военной напряжённости в Северной Европе, влияние США в Европе, и в Норвегии в частности, усилится, что в свою очередь может привести к передислокации российских войск на север России. В таком случае, не исключено, что последствия «холодной войны» могут трансформироваться в «холодный мир», при котором соперничество НАТО и России будет доминировать над влиянием ЕС и Германии.
Обострение именно военно-политических отношений между Норвегией и Россией может сильно повлиять на формирование политико-экономических тенденций на долгое время. Это означает, что:
1.Тормозится решение вопроса об утилизации ядерных материалов и отходов, а также о безопасности на Кольской АЭС. Помимо проблем загрязнении, связанных с радиоактивными материалами, существуют и другие. В первую очередь, Северную Европу непосредственно затрагивают выбросы двуокиси серы с металлургических комбинатов, находящихся в Никеле и Мончегорске, так называемые «облака смерти», которые создали обширные пустынные пространства на российской территории и отчасти вызвали серьёзные проблемы со здоровьем населения в данном районе. Однако проблема эта не только местная. Потенциальные угрозы здоровью настолько значительны, что вызывает беспокойство на национальном уровне в непосредственно заинтересованных странах и, более того, из-за размеров возможных последствий во все европейском масштабе.
2.Учитывая арктическую ориентированность, можно предположить усиление прений по поводу делимитации зон континентального шельфа России и Норвегии. Здесь столкнулись значительные интересы. Рыболовство будет по-прежнему сохранять важное экономическое значение для прибрежных регионов Севера. Успешная эксплуатация нефтяных и газовых месторождений в районах, которые спорными и потому непригодными для использования, обеспечит благосостояние и развитие той стране, которая будет ими обладать. Сейчас на двусторонних переговорах экспертов благодаря взаимным уступками компромиссам дискуссия идёт о 16% спорной территории шельфа, однако эти проценты даются сторонам с большим трудом. Законное стремление Осло иметь чёткие и ясные границы всё же не сочетается с дипломатической гибкостью. В результате проблема делимитации в Баренцевом море не разрешена вот уже в течение двадцати лет и может, подобно четырём Курильским островам, стать вопросом политической полемики и национального престижа.
3. В свете военно-политической конфронтации деятельность таких структур, как СБЕР, СГБМ, Арктического совета видится под угрозой. Тогда, многообещающие и перспективные проекты этих организаций ставится под угрозу срыва. Это означает торможение процесса экономики Севера и Северо-запада Р.Ф., а именно: потеря каналов финансирования, получения технологий, и прочих ресурсов. Перечислю лишь несколько проектов, которые могут закончиться, лишь едва начавшись:
- конверсионный проект по созданию на базе предприятия «Звёздочка» в Северодвинске информационного центра разработки и обеспечения строительства оборудования для шельфовой нефтегазодобычи;
- переговоры о возможности финансирования строительства Кольской АЭС-2 - проекта, от осуществления которого зависит дальнейшее развитие экономики Мурманской области;
- строительство железнодорожной ветки Ледмозеро-Кочкома, которая должна стать важным звеном в системе транспортных коридоров в Баренцевом регионе.

Однако, этот сценарий не отвечает общим тенденциям в политике Норвегии и России в 1990-х годах. Остаётся предполагать, что намеченные ранее тенденции взаимовыгодного сотрудничества и партнёрства воплотятся в будущем без особых изменений, что принесёт немало пользы как Норвегии, так и России. Отношения России с северными соседями подвергаются разного рода влияниям внешних факторов, общеевропейских процессов и внутриполитических тенденций. Тем не менее, у них своя динамика, свои источники и стимулы. Теперь, для более плотного взаимодействия с государствами Севера появились многосторонние механизмы - СГБМ и СБЕР, и можно суверенностью считать, что основа долгосрочным и взаимовыгодным отношениям между Россией и Норвегией заложена.


Литература
Воронов К. Россия в североатлантическом регионе: цена сближения. Мировая экономика и международная отношения (МЭи МО). 1997 №7 с.28.
Старикович Г. Отказ от вступления в ЕС - Особенность или закономерность? МЭи МО. 1997. №6 с.75.
Баринов Э.А. Валютное регулирование и контроль в странах Северной Европы. Международный бизнес России. 1996. №4 с.28.
Сергеев П. Норвежский сектор Северного моря: экологические аспекты. МЭиМО. 1995. №4 с.138.
Тимашкова О. Североевропейский регион: современный взгляд. МЭиМО. №10 с.125.
Сергеев П. Норвежский нефтяной директорат и его образовательная программа. МЭиМО. 1994 №3 с.140
Кузнецова Н.П. Страховые корпорации в Норвегии: позиции в экономике. Вестник С-Пб университета. 1993. №2 с.17.(экономика).
Колосов В.А. Российская геополитика: традиционные концепции и современные вызовы. // Общественные науки и современность 1996. №3 с.86.
Талызина Е.В. Общеевропейский процесс: геополитические сдвиги и экономическая безопасность. // Вестник Московского университета. 1993. №1 с.83.(экономика).
Котилко В.В., Орлова Д.В. В России и рядом: экономические связи внутри страны и вне ее. // ЭКО 1997. №7 с.83.
Чебанов С. Россия в Европе: новые вызовы безопасности. // МЭиМО. 1995. №1 с.42.
Бурнаева Е. Северная Европа в международном разделении труда. // МЭиМО. 1994. №12 с.100.
Воронов К. Россия и Северная Европа: новые ориентиры. //МЭиМО. 1994. №1 с.43.
Волков А. Масштабы и пределы социальной политики Северных стран. // МЭиМО. 1994. №11 с.113.
Волков А. Экономика Северных стран Европы на исходе ХХ столетия. // МЭиМО. 1994. №8-9 с.76.
Тунандер О. Сложное партнёрство. // МЭиМО 1997. №6.
Сулли Арне. Норвегия и Россия: военно-политические отношения.// МЭиМО 1997. №6.
Гундерсон Т. Норвегия - экономическое и прочее развитие в Баренцевом регионе. // МЭиМО. 1994. №7-8.
Тресселт П. Соседи по северу. // МЭиМО.1997. №5.
Лилленрум П. Северные земли дают много добра, если действовать партнёрски. //МЭиМО. 1997. №5.
Под ред. Позднякова Э.А. «Геополитика: теория и практика.»
«Привет из Норвегии» Экономика и жизнь. 1992. №36 (приложение).
Чичкин А. Государственная поддержка сельского хозяйства. 1995 №46(приложение).