Введение.
Актуальность темы исследования, неизбежное в условиях формирования рыночной экономики реформирование предприятий предполагает создание в обществе законодательных предпосылок для развития эффективных взаимоотношений между предприятиями-заемщиками и заимодавцами, должниками и кредиторами. Одна из таких предпосылок это наличие законодательства о банкротстве, реализация которого должна способствовать предупреждению случаев банкротства, оздоровлению всей системы финансовых взаимоотношений между предпринимателями, а в случае признания должника банкротом, сведению к минимуму отрицательных последствий банкротства для обеих сторон, осуществлению всех необходимых процедур в цивилизованной форме.
Неспособность должника в определенный момент выполнить денежные обязательства или уплатить налоги в бюджет и внебюджетные фонды вовсе не означает, что предприятие-должник признается банкротом и подлежит обязательной ликвидации, так как его платежеспособность может быть еще восстановлена с помощью ряда процедур. Да и сама ликвидация некоторых юридических лиц (предприятий) в современных рыночных условиях может привести к краху всей экономической системы страны. Всё это предопределило появление в законодательстве, помимо ликвидационных процедур в отношении должника восстановительные процедуры.
Законодательство о банкротстве молодо, оно появилось в Российской Федерации сравнительно недавно, а потому нуждается в особом исследовании, осмыслении и дальнейшем совершенствовании. Несмотря на все увеличивающиеся публикации, посвященные институту банкротства, его проблемы остаются недостаточно разработанными.
Указанные обстоятельства предопределили актуальность выбранной темы дипломного исследования в теоретическом, правотворческом и правоприменительном аспектах.
Целью исследования является анализ существующего законодательства о банкротстве, выявление и комплексное изучение правовых проблем, выработка рекомендаций по совершенствованию законодательства.
Для достижения указанных целей необходимо разрешить следующие задачи:
выявить проблемы дефиниции несостоятельности (банкротства) и способы их решения;
выявить круг участников процесса о несостоятельности, особенности их участия в деле;
рассмотреть процедуры Закона о несостоятельности;
определить содержание процедуры финансового оздоровления её план и графика погашения задолженности;
изучить особенности рассмотрения дел в суде;
исследовать правовой статус административного управляющего.
Основным и первоочередным направлением исследования данной работы я определил новеллу законодательства о банкротстве, а именно процедуру финансового оздоровления. Эта процедура как самостоятельная часть закона о банкротстве появилась в две тысячи втором году и требует детального исследования. Этим объясняется более объёмное и детальное её рассмотрение в работе по сравнению с иными процедурами банкротства.

Согласие административного управляющего требуется на сделки (несколько взаимосвязанных сделок):
влекущие увеличение кредиторской задолженности должника более чем на 5% от суммы реестровых требований на дату введения финансового оздоровления.
связанные с приобретением, отчуждением либо возможностью отчуждения прямо или косвенно любого имущества должника, за исключением готовой продукции, производимой в процессе обычной хозяйственной деятельности;
влекущие уступку прав требования, перевод долга;
влекущие получение займов, кредитов.
Согласие собрания или комитета (их полномочия должны быть разграничены, хотя на практике это имеет место далеко не всегда, что влечет серьезные проблемы, связанные с выражением собранием и комитетом противоположных мнений) требуется на совершение следующих сделок (одной либо нескольких взаимосвязанных):
с заинтересованностью;
связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо или косвенно имущества должника балансовой стоимостью более 5% балансовой стоимости активов должника на последнюю отчетную дату, предшествующую заключению сделки;
влекущих выдачу займов (кредитов), выдачу поручительств и гарантий, учреждение доверительного управления имуществом должника;
влекущих возникновение любых новых обязательств должника в ситуации, когда после введения финансового оздоровления у должника возникли денежные обязательства размером более 20% реестровой суммы требований.
Согласие собрания (комитета) кредиторов и субъекта, предоставившего обеспечение, необходимо для принятия решений о реорганизации в любой из пяти форм - разделение, выделение, присоединение, слияние, преобразование.
Можно указать еще на две проблемы, возникающие при регламентации согласования сделок в рамках финансового оздоровления. Одна из них касается сделок, предметом которых является предмет залога. Очевидна заинтересованность залогодержателя в сохранении у должника предмета залога, так как именно из стоимости залога осуществляется удовлетворение требований кредитора. Защищая залогодержателя, п. 6 ст. 82 Закона устанавливает, что все сделки с предметом залога (если иное не предусмотрено федеральным законом либо не вытекает из существа залога) могут совершаться должником только с согласия залогодержателя. Надо полагать, необходимость согласования этих сделок не может быть квалифицирована как ограничение дееспособности должника, поскольку речь идет об установлении конкретных правил для конкретных - залоговых - правоотношений.
Вторая проблема связана с тем, что на практике возникают ситуации, когда совершается сделка, подпадающая под признаки сделок, требующих согласования разными органами. Например, уступка заинтересованному лицу прав требования должника.
Возможны два варианта решения проблемы, две теоретические конструкции. Первая состоит в том, что необходимо согласовывать названные сделки со всеми органами, вторая - с каким-либо одним. Первая позиция предпочтительнее; ее разделяют некоторые ученые. Действительно, исходя из логики правового регулирования, обоснованно предположить, что при сочетании в одной сделке элементов сделок, требующих согласования и собранием (комитетом), и управляющим, и, возможно, залогодержателем, все эти согласования надо получить. Однако этот вывод заставляет прийти к следующему - определенные категории названных Законом сделок в любом случае (по определению) требуют двойного согласования. Это, в частности, сделки по отчуждению имущества должника стоимостью более 5% стоимости активов (если сумма сделки менее 5%, то согласование только одно - административным управляющим); сделки по передаче имущества должника в доверительное управление; сделки, направленные на выдачу займов (кредитов). С точки зрения юридической техники целесообразно было бы выделить определенные типы сделок, прямо указав, что они могут быть совершены только после согласования и собранием (комитетом), и административным управляющим. Закон не содержит какой-либо правовой регламентации согласования сделок, подпадающих одновременно под п. 3 и п. 4 ст. 82, в результате на практике возникают проблемы, связанные с решением вопроса действительности названных сделок, совершенных с согласия только одного из органов.
Следующее последствие введения финансового оздоровления - возможное отстранение руководителя должника от должности.
При некоторых обстоятельствах руководитель может быть отстранен от своих обязанностей. Осуществить отстранение может только арбитражный суд; об этом выносится определение, подлежащее обжалованию.
Суд не может отстранить руководителя по собственной инициативе; для этого необходимо ходатайство следующих субъектов:
собрания кредиторов;
административного управляющего;
лиц, предоставивших обеспечение исполнения обязательств должника в соответствии с графиком погашения задолженности.
Ходатайство должно быть аргументировано тем, что руководитель не исполняет план финансового оздоровления либо иным образом нарушает права и интересы кредиторов или лиц, предоставивших обеспечение. К сожалению, под данную формулировку могут подпасть практически любые действия руководителя, проводящего политику, с которой не согласен административный управляющий. Практика применения Закона 1998 г., содержащего подобные положения в процедуре наблюдения, показала, что они нередко используются недобросовестными субъектами в целях отстранения руководителя для получения контроля над предприятием. Для недопущения подобных злоупотреблений целесообразно конкретизировать перечень оснований отстранения от должности руководителя. Отстранение руководителя осуществляется в соответствии со ст. 69 Закона, т.е. по правилам, установленным для отстранения руководителя в течение наблюдения.
Очень важен тот факт, что в случае отстранения руководителя суд выносит определение о возложении его обязанностей не на арбитражного управляющего (как это было в соответствии с Законом 1998 г.), а на субъекта, представленного в таком качестве представителем учредителей (участников) должника либо коллегиальным органом управления должника. Если такого субъекта нет, то обязанности руководителя будут возложены судом на одного из заместителей руководителя либо (при отсутствии заместителей) на одного из работников должника.
Субъект, на которого возлагаются обязанности руководителя, должен соблюдать все ограничения, связанные с получением согласия на сделки, установленные для руководителя как корпоративным, так и конкурсным законодательством.
Теперь административный управляющий не может занять место руководителя, но при этом неясно, что делать, если претенденты на данное место отсутствуют (вследствие нерешенности этого вопроса Законом можно прийти к выводу, что в этом случае назначение административного управляющего все же возможно, хотя такой вывод небесспорен). Кроме того, в настоящее время возможны проблемы в ситуациях, когда заместитель (а возможно, и работники), назначенный на должность отстраненного руководителя, будет продолжать политику руководителя, причиняя вред должнику или кредиторам.
Руководитель отстраняется определением суда, которое может быть обжаловано. При этом очевидно, что отстраненный руководитель должен иметь право подавать соответствующие жалобы (хотя по данному вопросу возможна и другая точка зрения, в соответствии с которой в описанных ситуациях действовать должен представитель учредителей (участников) должника).
Далее рассмотрим такое важнейшее последствие введения финансового оздоровления, как назначение и деятельность административного управляющего. Его утверждение осуществляется арбитражным судом в том же порядке, что и утверждение временного управляющего. Этот процесс регламентирован ст. 45 Закона и состоит в следующем.
Арбитражный суд направляет запрос в заявленную саморегулируемую организацию арбитражных управляющих (она указывается в заявлении о признании должника банкротом). Эта организация (далее - СРО) составляет список из трех кандидатур - участников СРО, согласившихся быть назначенными управляющими именно в этом процессе. Все три кандидатуры должны отвечать требованиям Закона (ст. 20):
Должен быть зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя;
иметь высшее образование;
иметь стаж руководящей работы не менее чем два года в совокупности;
сдать теоретический экзамен по программе подготовки арбитражных управляющих;
пройти стажировку сроком не менее шести месяцев в качестве помощника арбитражного управляющего;
не иметь судимости за преступления в сфере экономики, а также за преступления средней тяжести, тяжкие и особо тяжкие преступления;
являться членом одной из саморегулируемых организаций.
а также (по возможности) соответствовать дополнительным требованиям, указанным в заявлении.
В списке кандидатуры располагаются в порядке уменьшения соответствия требованиям, а если соответствие является равным - в порядке уменьшения их профессиональных качеств. Эта норма п. 1 ст. 45 Закона может вызвать на практике большое количество проблем, связанных с несогласием управляющих в отношении их не внесения в список, а также в отношении не того порядкового номера в списке, который данный управляющий, по его мнению, заслуживает. Очевидно, возможны при этом и злоупотребления со стороны должностных лиц СРО.
Список кандидатур должен быть представлен в течение пяти дней после получения запроса о представлении кандидатур в суд, заявителю, должнику.
В процессе назначения кандидатуры и должник, и заявитель (представитель собрания кредиторов) имеют право отвода по одной кандидатуре из указанных в списке. Если правом отвода воспользовались обе названные стороны, то назначается третья кандидатура, если только одна, то назначается кандидатура, занимающая в списке более высокую позицию.
С правом отвода связаны следующие практические проблемы. Неясно, кто обладает этим правом, если руководитель должника находится в процессе отстранения. Кроме того, сложно ответить на вопрос о степени самостоятельности представителя собрания кредиторов - выражает ли он свою волю либо волю собрания - и когда, в какой форме воля собрания должна выражаться.
Безусловно, возникает и проблема, связанная с последствиями непредставления саморегулируемой организацией кандидатуры. В силу п. 5 ст. 45 Закона в таких ситуациях арбитражный суд обращается с запросом в регулирующий орган (в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 14 февраля 2003 г. N 100 "Об уполномоченном органе в делах о банкротстве и в процедурах банкротства и регулирующем органе, осуществляющем контроль за саморегулируемыми организациями арбитражных управляющих" таковым является Министерство юстиции РФ); в течение семи дней Министерство юстиции обязано обеспечить представление списка кандидатур другими СРО, включенными в единый государственный реестр СРО.
Закон не определяет соотношение 5-дневного срока, предоставленного заявленной СРО, и 7-дневного срока, предоставленного Министерству юстиции, не предусматривает последствий пропуска последнего срока. При этом на практике может возникнуть ситуация, когда, например, СРО направит список кандидатур через десять дней, а Министерство юстиции - через девять. Какому списку следует отдать предпочтение? Можно предположить, что это должен быть список СРО независимо от даты его направления, даже если он поступил с опозданием, а список Министерства юстиции - вовремя. Кроме того, комментируемая статья не решает еще один важный вопрос: что делать, если в списке, представленном саморегулируемой организацией, не три, а две либо одна кандидатура? Можно ли считать список непредставленным и действовать исходя из этого? Поскольку данная проблема Законом не решена, то выбирать порядок действий будет арбитражный суд (либо, несмотря на некие нарушения процедуры, назначит одного из двух или единственного кандидата, либо обратится в регулирующий орган, несмотря на то, что список все же был представлен).
Статус административного управляющего определяет его полномочия: он не ведет хозяйственную деятельность должника, его цель - контролировать соблюдение должником взятых на себя обязательств.
Административный управляющий имеет следующие группы полномочий:
осуществление работы с кредиторами (ведение реестра, рассмотрение требований кредиторов, созыв и проведение собраний, информирование определенных субъектов о ходе финансового оздоровления, контроль за исполнением должником текущих требований и своевременностью платежей в соответствии с графиком погашения задолженности);
осуществление действий с имуществом должника (принятие участия в инвентаризации, надзор за сохранностью, возможное применение обеспечительных мер);
контроль за деятельностью руководителя (согласование сделок должника, рассмотрение отчетов об исполнении плана финансового оздоровления и графика погашения задолженности, возможное требование отстранения руководителя, возможное обращение в суд с требованиями, связанными с недействительностью сделок должника);
осуществление действий, связанных с неисполнением должником графика погашения задолженности, - предъявление необходимых требований к лицам, предоставившим обеспечение исполнения должником обязательств.
Следующим последствием введения финансового оздоровления является установление особого порядка предъявления требований к должнику - это можно сделать только с соблюдением норм Закона о банкротстве, т.е. обращение кредиторов с исковыми заявлениями к должнику становится невозможным. Это касается только требований, срок исполнения которых должником наступил на дату введения финансового оздоровления; остальные требования (являющиеся текущими) подлежат исполнению по мере наступления срока. По обычным (не текущим) требованиям прекращается начисление финансовых санкций и одновременно начинает начисляться процент по ставке рефинансирования в соответствии с порядком, установленным п. 2 ст. 95 Закона. Введение моратория требует решения вопроса о судьбе процентов и финансовых санкций, подлежащих начислению по требованиям кредиторов в соответствии с законом либо договором. Возможно несколько подходов к решению этой проблемы: продолжниковый (проценты прекращают начисляться с момента введения внешнего управления и по его окончании уплачиваются в размере на этот момент); прокредиторский (проценты продолжают начисляться в течение всего срока внешнего управления и по его окончании уплачиваются в полном объеме на этот момент); нейтральный (прекращают начисляться проценты, предусмотренные законом или договором, и одновременно начинают начисляться проценты, определенные Законом о банкротстве).
Нейтральная концепция была принята Законом 1998 г. (в отличие от Закона 1992 г., где данный вопрос не был урегулирован, а практика пошла по пути принятия прокредиторской концепции, что, в конечном счете, не было выгодно ни должникам, ни кредиторам).
Закон также придерживается нейтральной концепции, поскольку ч. 3 п. 2 комментируемой статьи устанавливает, что неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение либо ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей перестают начисляться. На сумму требований субъекта начисляются проценты в размере ставки рефинансирования Центрального банка РФ на дату введения внешнего управления.
К сожалению, Закон не решает вопроса о последствиях изменения этой ставки, которая может не только увеличиваться, но и уменьшаться; при этом нет оснований применять правила ст. 395 ГК, которая регламентирует вопросы, связанные с выбором ставки рефинансирования.
Новелла Закона - правило, в соответствии с которым каждый из конкурсных кредиторов может заключить соглашение с внешним управляющим об уменьшении размера подлежащих уплате процентов либо об уменьшении срока их начисления. Вопрос заключения такого соглашения не может быть предметом обсуждения собрания кредиторов, а должен решаться в индивидуальном порядке в соответствии с волей конкретного кредитора.
Особый порядок проявляется еще и в том, что невозможно предъявить и удовлетворить требования учредителя (участника) о выделе доли (пая) в связи с выходом из состава участников; запрещается выплата дивидендов и иных платежей по эмиссионным ценным бумагам.
Следующее последствие финансового оздоровления заключается в том, что отменяются все ранее принятые меры по обеспечению требований кредиторов; любые ограничения, включая аресты имущества должника, возможны только в рамках процесса о банкротстве, т.е. внеконкурсные ограничения не должны вводиться.
Кроме того, с момента введения финансового оздоровления приостанавливается исполнение исполнительных документов по имущественным взысканиям (за исключением требований о взыскании задолженности 1-й и 2-й очереди, а также об истребовании имущества из чужого незаконного владения должника). В связи с этим положением возникает серьезная практическая проблема, которую можно проиллюстрировать на примере. Общество с ограниченной ответственностью "Ноллон" обратилось во внеконкурсном порядке в соответствии с п. 5 ст. 4 Закона к акционерному обществу "Сайрус" - должнику, находящемуся в процессе производства по делу о несостоятельности (банкротстве), с требованием о возврате переданных по договору займа 100 тонн угля. Суд удовлетворил требование ООО, после чего оно обратилось к административному управляющему с просьбой исполнить решение суда. Управляющий отказал, сославшись на абз. 5 п. 1 ст. 81 Закона. Следует заметить, что в реестр такое требование вноситься не может, поскольку не является денежным, т.е. ни получить исполнение на основании имеющегося решения суда, ни участвовать в мероприятиях конкурса ООО "Ноллон" не сможет, что является несправедливым.
Необходимо ограничительное толкование нормы абз. 5 п. 1 ст. 81, установившей указанное правило, с тем чтобы считать, что приостанавливается исполнение исполнительных документов только о взыскании денежных сумм. Иное толкование приведет к ущемлению прав не денежных кредиторов, которые не имеют возможности участвовать в процессе, даже выразив свое требование в виде возмещения убытков (так как размер убытков не включается в размер требования при голосовании); при этом не денежные кредиторы могут требовать удовлетворения во внеконкурсном порядке, т.е. имеют право обратиться с иском в суд. Логично предположить, что они должны иметь возможность исполнить решение суда, т.е. соответствующие исполнительные документы не должны подпадать под норму абз. 5 п. 1 ст. 81. Другим вариантом защиты указанной категории кредиторов может быть толкование, в соответствии с которым в случаях, когда в результате решения суда возникает денежное требование, оно подлежит внесению в реестр со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Еще одно последствие введения финансового оздоровления состоит в особой регламентации такого способа прекращения обязательств, как зачет. Зачет встречного однородного требования осуществляться не может, если, как предусмотрено абз. 8 п. 1 ст. 81 Закона, при этом нарушается очередность удовлетворения требований кредиторов. Данная норма вызывает много сомнений и вопросов, имеющих практическое значение. Прежде всего следует отметь общее правило: при отсутствии специального запрета зачет должен признаваться возможным, так как в соответствии с Гражданским кодексом это обычный способ прекращения обязательств, являющийся односторонней сделкой. Применение зачета выгодно кредитору, имеющему встречные однородные требования к должнику, и не выгодно самому должнику (и косвенно - другим кредиторам).
В целом можно сказать, что разрешение зачета (равно как и отсутствие упоминаний о запрете зачета) соответствует прокредиторской направленности законодательства (хотя практика применения Закона 1998 г., не содержавшего регламентации зачета, шла по пути недопущения его на всех стадиях, что было более чем спорным). Соответственно появление в Законе 2002 г. норм об ограничении зачета еще раз подтверждает усиление его продолжникового характера.
Следует отметить, что в абз. 8 п. 1 ст. 81 речь идет об ограничении зачета требований денежных; из этого можно сделать вывод - зачет не денежных требований возможен, однако маловероятно, чтобы у должника и кредитора возникли встречные требования по передаче однородного имущества (в качестве редкого примера можно привести отношения двух нефтеперерабатывающих компаний, практикующих взаимные передачи определенных объемов нефти).
Основными документами, на основании которых должник действует в рамках финансового оздоровления, являются план финансового оздоровления и график погашения задолженности. Как и сама процедура, эти документы не были ранее известны российскому конкурсному праву.
План финансового оздоровления и график погашения задолженности разрабатываются учредителями (участниками) должника либо собственником имущества унитарного предприятия.
Безусловно, очень актуальным является вопрос о юридической силе этих документов по сравнению с иными документами должника и друг с другом. Высказывается интересное и заслуживающее внимания мнение, в соответствии с которым при наличии противоречий между названными и иными документами приоритет имеют положения плана финансового оздоровления и графика погашения задолженности; а при наличии противоречий между ними большей силой обладает график погашения задолженности как документ более конкретный.
План финансового оздоровления и график погашения задолженности утверждаются собранием кредиторов, это вопросы его исключительной компетенции в соответствии (с ч. 4 п. 2 ст. 12 Закона).
План финансового оздоровления предусматривает источники получения средств должником и соответственно мероприятия, результатом осуществления которых будет появление у должника средств, достаточных для исполнения графика погашения задолженности. Эти мероприятия могут состоять как в осуществлении экономических мероприятий (перепрофилирование производства, ликвидация убыточных производств, повышение конкурентоспособности продукции и т.п.), так и в получении дополнительных средств от кредиторов либо контрагентов. Представляется возможным в рамках плана финансового оздоровления заключать соглашения о коммерческом кредите, использовать различные способы прекращения обязательств (например, новации), если это не противоречит нормам Закона. Безусловно, план финансового оздоровления может содержать такой источник финансирования, как вклады учредителей (участников), как направленные, так и не направленные на увеличение уставного капитала.
Обращает на себя внимание тот факт, что нормы гл. V Закона не регламентируют ни возможность, ни порядок осуществления дополнительной эмиссии акций должника в рамках финансового оздоровления. Из этого следует, что должник имеет право осуществить дополнительную эмиссию (включать соответствующие положения в план финансового оздоровления не обязательно, но упомянуть об этом в плане, конечно же, в интересах должника). При этом должник руководствуется только нормами корпоративного законодательства - представляется, что правила п. 5 ст. 64 (может быть осуществлена дополнительная эмиссия только обыкновенных акций за счет дополнительных вкладов участников и третьих лиц и только путем закрытой подписки) не могут быть применены, так как в Законе отсутствует отсылка к использованию в рамках финансового оздоровления норм, установленных для наблюдения.
В результате Закону о банкротстве не будет противоречить осуществление дополнительной эмиссии любых акций любым законным способом, что не всегда целесообразно. К.К. Лебедев совершенно справедливо отмечает общую для эмиссии в рамках конкурсного процесса проблему: п. 3 ст. 100 ГК РФ запрещает увеличение уставного капитала АО для покрытия убытков. Чтобы это препятствие обойти, нужно указать, что эмиссия осуществляется не для покрытия убытков, а, например, для достижения целей финансового оздоровления, для исполнения требований кредиторов и т.п. При этом ученый считает, что размещаемые акции могут быть переданы кредиторам в счет оплаты их требований. Для юридически безупречной реализации этого предложения требуется исключить из Гражданского кодекса нормы о запрете оплаты уставного капитала зачетом требований к обществу - ведь именно это и происходит, если отдать кредиторам акции юридического лица - должника в счет оплаты требований (такое мероприятие может быть названо акционированием долга и осуществляться в рамках не только финансового оздоровления, но и других стадий).
Приведенное ранее мнение ученого Лебедева лишь одна из многочисленных попыток перекройки уже существующего и положительно себя зарекомендовавшего законодательства, в частности Гражданского Кодекса, в угоду нового закона. К тому же проведение эмиссии акций возможно на стадии наблюдения. Таким образом на стадии наблюдения у должников может появиться новое имущество и новые участники.
Последними могут быть и кредиторы, однако акционирование долга (т.е. обмен его на акции) едва ли возможно в силу запрета ГК оплачивать акции путем зачета требований к обществу (а, по сути, при акционировании долга речь идет именно об этом). Единственный возможный способ доказать законность акционирования долга - попытаться применить принцип lex specialis derogat lex generalis, однако это вызывает сомнение ввиду требований ГК о соответствии ему норм всех последующих законов (при этом невозможно не отметить, что Закон в ряде случаев данного требования не соблюдает).
Соответственно дополнительные акции должны быть оплачены в соответствии с требованиями законодательства.
Эмиссия должна быть проведена таким образом, чтобы до окончания наблюдения (т.е. до даты судебного заседания по рассмотрению дела о банкротстве) была осуществлена государственная регистрация отчета об итогах выпуска дополнительных обыкновенных акций и изменений в учредительных документах общества. Представляется, что при неосуществлении должностными лицами указанных действий своевременно может быть поставлен вопрос о продлении срока наблюдения либо об оценке имущества должника для целей введения следующей процедуры с учетом дополнительной эмиссии.

Заключение.
Говоря о российском законодательстве в области банкротства можно сказать, что каждый следующий закон становится всё более совершенным и приближенным к сегодняшним реалиям. Однако остаётся и достаточное количество пробелов, в частности в области применения закона на практике, его реализации судьями. Я считаю, что при составлении законопроектов в соответствующие комитеты должно приглашаться как можно больше практикующих в этой области юристов. Такой подход необходим для составления закона отвечающего интересам граждан и государства. Несомненным достоинством закона является более детальная и тщательная регламентация процедур банкротства: наблюдения; внешнего управления; конкурсного производства, заключение мирового соглашения, а также введение совершенно новой для российского законодательства процедуры финансового оздоровления.
Из всех обсуждаемых вариантов реформирования законодательства о несостоятельности (банкротстве) следует сразу же исключить возможность приостановления действия Закона о банкротстве до лучших времен, что нередко предлагается в средствах массовой информации. Дело в том, что при отсутствии правил о банкротстве кредиторы, имеющие решения судов, исполнительные листы и иные исполнительные документы, смогут обращать взыскание на все имущество должника и в тех случаях, когда этого имущества недостаточно для удовлетворения всех требований. При этом погашение обязательств будет осуществляться по принципу "кто смел, тот и съел", а пострадают, конечно, самые слабые кредиторы, которые в настоящее время защищены Законом о банкротстве: граждане с требованиями о возмещении вреда их жизни и здоровью, а также работники предприятий-должников с требованиями о погашении задолженности по заработной плате.
Многие предложения об изменении Закона о банкротстве (который, как известно, рассчитан на применение практически ко всем коммерческим организациям и индивидуальным предпринимателям, а также к отдельным видам некоммерческих организаций) на самом деле имеют в виду лишь отдельные категории юридических лиц, в основном субъекты естественных монополий и организации оборонно-промышленного комплекса. Особенности названных категорий должников, конечно же, должны учитываться, но это вовсе не означает, что с этой целью в общий Закон о банкротстве следует вносить соответствующие правила, которые будут распространяться и на иные типы должников. Достаточно принять несколько небольших по объему законов, где будут сконцентрированы нормы, определяющие особенности критериев банкротства и порядка проведения процедур несостоятельности в отношении указанных отдельных категорий должников. Что касается иных юридических лиц (а их у нас, как свидетельствуют статистические данные, свыше 2,8 млн.), то применительно к ним должны действовать общие правила, содержащиеся в Законе о банкротстве, который, таким образом, надо подвергнуть лишь минимальной корректировке. Что же следует изменить?
Во-первых, анализ судебно-арбитражной практики приводит к выводу о том, что дела о банкротстве должников, в том числе крупных социально значимых промышленных предприятий и организаций, часто возбуждаются по заявлениям кредиторов, даже не попытавшихся получить задолженность за поставленные товары, выполненные работы или оказанные услуги в обычном порядке, т.е. путем предъявления иска в арбитражный суд о взыскании такой задолженности. При этом истцы не учитывают, что банкротство должника (открытие конкурсного производства) представляет собой одну из форм ликвидации юридического лица, поэтому может быть применено лишь в исключительных случаях, а не как рядовое средство погашения долга. Принимая во внимание указанное обстоятельство, арбитражные суды в подобных случаях должны отказывать кредиторам в принятии заявления о признании должника банкротом, проверив их действия на возможность злоупотребления правом (ст.10 Гражданского кодекса РФ).
Во-вторых, что касается отдельных категорий организаций-должников, имеющих важное социально-экономическое значение, то специальные правила несостоятельности (банкротстве), учитывающие их особенности, могли бы быть сведены к следующему:
При определении критериев банкротства наряду с принципом неплатежеспособности целесообразно использовать и принцип частичной неоплатности. Иными словами, условия банкротства должников не должны сводиться только к фактам наличия долга и задержки его уплаты в течение определенного срока.
Главное же состоит в том, что критерием банкротства таких должников следует признать превышение общей суммы кредиторской задолженности над стоимостью их имущества, включая права требования по обязательствам. При сравнении данных показателей из стоимости имущества организаций-должников следовало бы исключить стоимость активов, используемых для обеспечения их основной производственной деятельности (единый производственный комплекс субъекта естественной монополии, мобилизационные мощности организации оборонно-промышленного комплекса и т.п.). Иначе можно допустить ситуацию, когда на указанное имущество будет обращаться взыскание по исполнительным листам, предъявленным кредиторами.
В-третьих, необходимо признание на законодательном уровне права работников предприятия обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании предприятия-должника несостоятельным, и внесение соответствующих изменений в законодательство о банкротстве и Арбитражный процессуальный кодекс;
В-четвертых, говоря о проблеме разграничения дефиниций «несостоятельность» и «банкротство» юридический смысл имеет дифференцировать их по экономическому основанию, когда выделяются несостоятельные (неплатежеспособные) субъекты и банкроты. В отношении неплатежеспособных может начаться процедура судебного разбирательства о признании его банкротом, а в случае признания его таковым должно начаться конкурсное производство. Такая дифференциация требует четкого законодательно закрепленного разграничения признаков несостоятельности и признаков банкротства;
В-пятых, целесообразно установить ряд специальных правил, регулирующих порядок проведения процедур банкротства - наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления и конкурсного производства. В частности, во время проведения указанных процедур нельзя допускать отчуждения тех видов имущества, которые используются для основной производственной деятельности и входят в состав единого производственного комплекса (мобилизационных мощностей).
Наконец, если дело дойдет до признания должника банкротом и открытия конкурсного производства, необходимо обеспечить продажу имущества, входящего в состав единого производственного комплекса (мобилизационных мощностей), единым лотом на закрытом конкурсе. При этом победитель конкурса должен стать правопреемником должника по всем его обязательствам.
В завершении работы могу сказать, что цель исследования, заключавшаяся в анализе существующего законодательства о банкротстве, выявлении и комплексном изучении правовых проблем, выработке рекомендаций по совершенствованию законодательства, считаю выполненной. Предложенные в заключение пути реформирования законодательства это лишь небольшое количество рекомендаций вынесенные мной в окончание, основная же масса предложений и рекомендаций находится в тексте работы и направлена на корректировку более мелких проблемных сторон законодательства.

Список использованной литературы.
Агеев А.Б. Банкротство как форма юридической ответственности // Законодательство. №2. февраль 2001;
Баренбойм П.Д. Правовые основы банкротства. Учебное пособие. М., 1995;
Большая Советская Энциклопедия: (в 30 т.) // Гл. ред. А.М. Прохоров, М., 1970. Т. 2;
Буробин В., Плетнев В. Процесс и порядок – проблемы выбора // Бизнес-адвокат. №23. 1999;
Витрянский В.В. Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»: Постатейный комментарий // М.: Изд-во «Статут». 1998;
Витрянский В.В. Научно-практический (постатейный) комментарий к ФЗ РФ "О несостоятельности (банкротстве)" / М.: Статут, 2003.
Гиляровская Л.Т. Вехорева А.А. Анализ и оценка финансовой устойчивости. СПб.: Питер, 2003;
Гончаров М.В, Пемзяков Г. Технология антикризисного управления // Управление компанией. №0. 2001;
Граник И.К Дума решила банкротить по-новому // Коммерсант-Ъ. 07.03.02;
Даль В.И Толковый словарь живого великорусского языка М.: Терра-книжный клуб, 1998 . Т.1;
Лебедев К.К. // Комментарий к Федеральному закону "О несостоятельности (банкротстве)"/ Под ред. В.Ф. Попондопуло.М,.2003;
Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1997;
Попондопуло В.Ф. Понятие и субъекты несостоятельности (банкротства) // Правоведение. 1995. №3;
Рухтин С.П Правоспособность несостоятельного юридического лица // Российская юстиция №7, июль 2001;
Семина Н.А. Банкротство. Вопросы правоспособности должника - юридического лица. М.: Экзамен, 2003;
Словарь делового человека (для вузов) // Под ред. В.Ф. Халипова, М., 1996;
Степанов В.В. Несостоятельность (банкротство) в России, Англии, Франции, Германии // Изд-во «Статут». М.,1999;
Телюкина М.В. Комментарий к Федеральному Закону от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"
Телюкина М.В. Соотношение понятий “несостоятельности” и “банкротства” // Юрист, 1997, № 12;
Телюкина М.В. Конкурсное право (теория и практика несостоятельности (банкротства)). М.: Дело, 2002;
Трефилова Т.И. В России банкротства по большей части нецивилизованные // Ведомости. 29.01.2002;
Черных П.Я. Историко-этимологический словарь русского языка. М., 1994. Т.1;
Шеремет А.Д., Сайфулин Р.С. Методика финансового анализа // М., 1996;
Ярков В.В. Арбитражный процесс: Учебник / . Юрист, 2001;