Введение

Актуальность темы. В мировоззрении наших современников понятие прав человека занимает значительное место и играет роль устоявшейся и общепризнанной идеи. Мы имеем в распоряжении Всеобщую декларацию прав человека 1948 года и последующие декреты международных организаций. Но даже при всех этих соглашениях права человека постоянно нарушаются, и эта проблема остается нерешенной. В свете этого история законодательного установления прав человека и гражданина на государственном уровне представляет особый интерес.
До некоторого времени с королевским абсолютизмом мирилась промышленная буржуазия, в интересах которой правительство тоже делало немало, усиленно заботясь о «национальном богатстве», то есть, о развитии обрабатывающей промышленности и торговли. Однако, оказывалось все более трудным удовлетворять желаниям и требованиям и дворянства и буржуазии, в своей взаимной борьбе искавших поддержки у королевской власти.
С другой стороны, и феодальная, и капиталистическая эксплуатация все больше вооружала против себя народные массы, самые законные интересы которых совершенно игнорировались государством. В конце концов положение королевской власти во Франции сделалось крайне затруднительным: всякий раз, когда она отстаивала старые привилегии, она встречалась с либеральной оппозицией, которая усиливалась — и всякий же раз, когда получали удовлетворение новые интересы, поднималась консервативная оппозиция, делавшаяся раз от раза более резкой.
Цель данной работы – проанализировать начало Великой Французской революции и принятие Декларации прав человека и гражданина 1789 года.
Указанная цель достигается путем решения следующих задач:
- рассмотреть предпосылки Великой Французской революции;
- рассмотреть начало Великой французской революции, как период изменения государственного строя Франции;
- рассмотреть Великую Французскую революцию и становление международно-правового института защиты прав человека ;
- проанализировать процесс принятия Декларации прав человека и гражданина 1789 года;
- дать правовую характеристику Декларации прав человека и гражданина 1789 года;
- проанализировать значение Декларации прав человека и гражданина 1789 года, для развития института прав человека;
- в заключении сделать выводы.

Санклюлотами в Париже называли бедных людей (от слова без клюлот, клюлоты - мужские военные брюки, называемые бриджами).
Национальная Ассамблея приняла "Декларацию о правах человека и гражданина", в которой говорилось, что все жители Франции равны перед законом.
В октябре 1789 года восстание возобновилось. Тысячи голадных женщин окружили царский дворец и стали требовать хлеба. Они были настроены против королевской семьи.
В июне 1790 года дворяне потеряли право насследовать титулы своих предков.

В июне 1791 года Людовик XVI, его жена Мария Антуанетта (1755-1793) и их сын пробовали уехать из Франции. Они уже выедали за город, но их вернули обратно в Париж. Тысячи священников, офицеров и богачей стали уезжать из страны.

1.3. Великая Французская революция и становление международно-правового института защиты прав человека

Великая Французская революция оставила последующим поколениям великие демократические принципы, часть из которых стала принципами и нового международного права. Ныне становится все более очевидным, что во имя будущего человечества мировая политика, межгосударственные отношения и регулирующее их международное право должны исходить из приоритета общечеловеческих ценностей. Свой вклад в обоснование этой гуманной идеи внесли и французские мыслители XVIII в. Как пишет И. Мадьо, говоря о значении Декларации прав человека и гражданина 1789 г., «это не Декларация прав французов, а признание революционерами существования фундаментальных прав для всех людей, во все времена, во всех государствах».
В фундаментальном двухтомном издании ЮНЕСКО по правам человека обоснованно утверждается: «Отправная точка прав человека в современном смысле этого слова явно обнаруживается в „Декларации прав человека и гражданина", принятой во время Французской революции». Французский юрист-международник Д. Коляр выделяет «три возраста» и соответственно «три поколения» прав человека. «Первый возраст» — этап юридического провозглашения тех прав и свобод, которые «вытекают из особого достоинства человека и гражданина в правовом государстве». Эти права и свободы получили название гражданских и политических прав. Именно они включены в Декларацию 1789 г. «Второй возраст» — «социализация» прав человека. Здесь речь идет уже не о свободе вопреки государственной власти, а о свободе, реализуемой при помощи государства (имеются в виду экономические, социальные и культур­ные права). Это «второе поколение прав человека» соответствует, по мнению ученого, «марксистскому видению свобод. Но либеральные буржуазные демократии также упоминают их в своих хартиях». И, наконец, «третий возраст прав человека» — их «интернационализация», характерная для XX в., главным образом для периода после второй мировой войны. Между всеми этими «возрастами» очерчивается очень долгая— во времени и в пространстве — эволюция практики государств в данной области.
Конечно, по сравнению с XVIII в. концепция прав человека, не говоря уже о способах и средствах их защиты как на государственном, так и международном уровнях, значительно обогатилась и шагнула далеко вперед. Однако можем ли мы на этом основании утверждать, что документы Великой Французской революции (относящиеся в основном к «первому возрасту» прав человека) имеют сугубо историческое значение? Конечно, нет. Утратив (за некоторым исключением) формально-юридическую силу, они и ныне сохранили значение как для Франции, так и всего мира, хотя, «к сожалению, об этом великом богатстве мы слишком часто забываем».
Особое значение имеет Декларация прав человека и гражданина 1789 г., являющаяся важнейшим элементом национального наследия Франции. Сама Декларация — небольшой текст, 17 статей, которые еще совсем недавно французские лицеисты заучивали наизусть. Однако, говоря о проблеме прав человека, необходимо анализировать не только Декларацию, которая и поныне сохраняет юридическую силу (именно к ней делает отсылку французская Конституция 1958 г., не содержащая, кстати, специального раздела о правах человека), но и тексты Конституции 1791 г., а также якобинской Конституции 1793 г.
Декларация 1789 г. в качестве «естественных и неотъемлемых» прав человек» провозгласила свободу, собственность, безопасность и сопротивление угнетению (ст. 2). Равенство как «естественное и неотъемлемое право» и этой статье не упоминается, однако ст. 1 закрепляет, что люди рождаются и остаются свободными и равными в правах. Провозглашенный Декларацией принцип равенства заключается «в трех следующих правилах»: прежде всего, это равенство перед законом (ст. 6), далее — равенство «перед налогообложением» (ст. 13) и, наконец, равенство «в отношении об­щественных должностей» (ст. б). Очевидно, что декларированное Национальным собранием равенство, как и свобода, было ограниченным, поскольку не устраняло и даже не смягчало экономического неравенства. Лучшие революционные умы эпохи не раз предпринимали попытки перешагнуть границы такого понятия равенства. Так, Марат в своей газете «Друг народа» постоянно повторял, что «мысль о равенстве в области прав влечет за собой также мысль о равенстве в области пользования жизненными благами». Робеспьер «пытался, но без успеха, модифицировать концепцию права собственности». В речи, произнесенной им в Конвенте 24 апреля 1793 г., он, в частности, говорил: «Мы справедливо сказали, что свобода имеет своим пределом права другого человека; почему не применили вы этот принцип к собственности, которая есть социальный институт? Вы умножили число статей, чтобы обеспечить наибольшую свободу использованию собственности, и вы не сказали ни слова, чтобы определить ее природу и законность, так что ваша Декларация кажется созданной не для людей, а для богачей, для спекулянтов, биржевых игроков и тиранов».
Жак Ру и «бешеные» делали акцент на понятиях реального равенства и различиях между реальными и формальными свободами. Гракх Бабеф «безоговорочна осуждал частную собственность как неизбежный фактор неравенства». Каким же образом «метафизикам от буржуазии» (Ж. Жорес) удалось «протащить буржуазную собственность в число естественных и неотъемлемых прав»? Сам Ж. Жорес объясняет это так: «Членам Учредительного собрания казалось, что буржуазная собственность благодаря своей подвижности и гибкости гармонирует с естественной свободой» и что «даже договор, соединяющий фабриканта и пролетариев... поскольку его всегда можно расторгнуть», вполне совместим «со свободой и естественным правом». Он подчеркивает, что ожидать от буржуазии иного видения в данном вопросе было бы наивно. «Не будем сетовать, — писал он, — на то, что буржуазия ссылалась на естественное право, чтобы оправдать и подвести основу под буржуазную собственность. Очевидно, она относила к категории вечного права один из периодов истории человечества. Тешась оригинальной иллюзией, она верила в то, что буржуазное государство... было конечным выражением человеческого права, олицетворением человеческой природы».
Обращаясь к другим документам революции, прежде всего к якобинской Конституции 1793 г., отметим, что Декларация прав 1793 г. во многом повторяет Декларацию 1789 г., но имеет и существенные от нее отличия. Так, она содержит прямое упоминание о свободе собраний и отправления религиозных обрядов (ст. 7), положение об обязанности общества заботиться о неимущих путем приискания им работы и обеспечения средств существования нетрудоспособным (включенное в ст. 21 по на­стоянию Робеспьера) и, наконец, говорит не только о граве на сопротивление угнетению (ст. 33), но и о восстании как священнейшем праве и неотложной обязанности народа, в случае если правительство нарушает его права (ст. 35). Введение Конституции 1793 г. в законную силу было отложено якобинцами до окончания войны с внутренними и внешними врагами. Однако несколько месяцев спустя термидорианский переворот положил конец якобинской диктатуре, а вместе с ней — и возможности введения в действие «самой демократической из французских конституций». Так определяли ее французские юристы Каан и Гийо, добавляя, вместе с тем, что она «не может рассматриваться в качестве выражения взглядов большинства» и потому «не следует придавать ей слишком большого значения». Верно ли это? Конституция, переданная на рассмотрение и утверждение первичных собраний, была практически единодушно одобрена народом, и то, что она не была введена в действие, ничуть не умаляет ее исторической значимости. Нельзя не согласиться с И. Мадьо в том, что упомянутые документы основываются «на общих принципах, формирующих либеральную концепцию прав человека. Это прежде всего свобода, понимаемая как совокупность прав, противопоставляемых государству, и основанная на ответственности чело­века... Это, далее, вера в закон, рассматриваемый как страж свободы. Это, наконец, непрестанное, все более ярко выраженное утверждение права собственности. Отсутствие экономических прав является, с этой точки зрения, характерным».
В современной литературе высказывается мнение, являющееся, по существу, про­должением естественно-правовых воззрений XVIII в.: есть права человека, которые существуют «первичным образом и имеют собственную ценность по отношению к объединению индивидов в нацию и таким образом как бы противостоят общей воле коллектива, занимающегося законодательным и даже конституционным творчеством. Речь идет о действительно неотъемлемых правах человеческой личности, существующих априори, о правах, которые, следовательно, юридические системы должны не устанавливать, а лишь декларировать. Таков и объект знаменитой Декларации прав человека и гражданина 1789 г.».




Глава 2. Принятие и правовая характеристика Декларации прав человека и гражданина 1789 года

Заключение

Великая Французская революция оставила последующим поколениям великие демократические принципы, часть из которых стала принципами и нового международного права. Ныне становится все более очевидным, что во имя будущего человечества мировая политика, межгосударственные отношения и регулирующее их международное право должны исходить из приоритета общечеловеческих ценностей.
В 1789 году Национальное собрание Франции провозгласило Декларацию прав человека и гражданина. Этот акт не был первым в своем роде – за несколько лет до этого подобные документы (Декларация Независимости, Билль о Правах штата Вирджиния 1776 года) были приняты в Североамериканских штатах. Но Соединенные Штаты Америки были молодым государством, не обремененным вековыми традициями монархии и феодализма. Поэтому именно французская Декларация 1789 г. была настоящим прорывом для Франции и для Европы в целом.
Исторический опыт заставил признать, что для установления правового порядка необходимо не только участие народа в создании законов и в контроле над их исполнением, для этого необходимо еще и ограничение самой государственной власти, т.е. уничтожение абсолютизма и неограниченности или «самодержавия» верховной государственной власти. Это не есть ограничение какого-нибудь органа или носителя государственной власти, не монарха или народа, а самой власти как таковой. В правовом государстве верховная государственная власть, даже когда она всецело принадлежит народу, не абсолютна, или не «самодержавна», а ограничена; ей положены известные пределы, которых она не может преступать. Такие пределы или границы создаются, однако, не какой-либо другой государственной или хотя бы негосударственной властью, а известными принципами или правовыми отношениями, которых государственная власть не может нарушать. Государство не имеет права стеснять или нарушать субъективные политические и публичные права своих граждан. Так называемые личные права или свобода личности и все вытекающие из них общественные свободы ненарушимы для государства и неотъемлемы у отдельных граждан иначе, как по суду. Этот неприкосновенный характер некоторых субъективных прав отмечается и в законодательстве или путем торжественного провозглашения их в декларациях прав человека и гражданина, или путем особой кодификации их в конституциях. Впервые на Европейском континенте декларация прав была провозглашена французским Национальным Собранием в 1789 г., затем она была принята с некоторыми изменениями и дополнениями почти во все конституции европейских народов.

Список литературы

Актуальные проблемы изучения истории Великой французской революции (материалы «круглого стола» 19-20 сентября 2008 г.). М., 2008.
Великая французская буржуазная революция. Указатель русской и советской литературы. М., 2000.
Вопросы государства и права во французской революции XVIII в. Сб. статей, посвященных 200-летию французской революции. М., 2005.
Документы истории Великой французской революции: Учеб. Пособие для студентов ВУЗов. М., 2007, т. 1.
Галанза П.Н. Государство и право Франции (периода революции 1789 года) //История государства и права.-М.,2007, т. 2.
Исторические этюды о французской революции (Памяти В.М.Далина). М., 2008.
Кареев Н.И. Великая Французская Революция. Пг., 1918.
Олар А. Политическая история французской революции. Манфред А.З. Великая французская революция. М., 2007.
Происхождение и развитие демократии и республики. М., 2002.
Ревуненков В.Г. Очерки по истории Великой Французской революции: 1789 – 1814. СПб., 2006.
Собуль А. Первая республика. М., 2004.
Тэн И. Происхождение современной Франции. СПб., 2007.
Чудинов А.В. У истоков революционного утопизма. М., 2001.