Введение

Многие специалисты в настоящее время справедливо подчеркивают: XXI век характеризуется процессом глобализации. В этой связи с объективной неизбежностью как в теоретическом, так и в практическом плане становятся более актуальными проблемы источников международного и европейского права, а также их соотношение с национальными источниками права, влияние на правотворческий и правоприменительный процесс в России.
Российская Федерация ратифицировала Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод.
В этой связи важнейшее теоретическое и практическое значение имеют вопросы распространение решений Европейского суда по правам человека на Российскую судебную практику.
Объектом исследования настоящей работы являются – общественные отношения, возникающие в сфере распространений решений Европейского суда по правам человека на Российскую судебную практику.
Объектом исследования являются нормы действующего российского законодательства, а также научная и учебная литература и материалы судебной практики.
Целью исследования настоящей работы является комплексный научно – правовой анализ вопросов распространения решений Европейского суда по правам человека на Российскую судебную практику.
Поставленная цель обусловила необходимость решения в процессе исследования следующих задач:
- определить понятие Европейского суда по правам человека;
- раскрыть компетенцию Европейского суда по правам человека;
- рассмотреть правовую природу решений Европейского суда по правам человека;
- проанализировать использование решений Европейского суда по правам человека в практике судов Российской Федерации.

1) права и обязанности, по поводу которых возник спор, должны признаваться внутренним законодательством;
2) исход спора должен прямо определять эти права и обязанности;
3) эти права и обязанности должны иметь гражданский характер.
Европейский суд до настоящего времени придерживается мнения о том, что ст. 6 (п. 1) Конвенции неприменима к спорам о политических правах, например о праве участия в работе законодательного органа или органа местного самоуправления. Она не может быть применена к спорам о праве работы на государственной службе, если только работа осуществлялась не на основе трудового соглашения; она не применяется в области законодательства об иммиграции, если только не затрагиваются вопросы семейной жизни, она неприменима ко всем случаям, когда затрагиваются не личные, а общественные интересы.
Любой россиянин может прожить всю жизнь и без обращения в суд, если сложится. Даже когда факты нарушения прав и свобод очевидны, использование права на обращение в суд за защитой Конвенция оставляет на усмотрение каждого. Но если такое решение принято, Конвенция требует от каждого соблюдения многих ее требований, и одним из них является учет времени присоединения России к Конвенции.
Следует отметить, что появление ссылок на Европейскую конвенцию и практику Европейского суда по правам человека в актах высших судебных органов России можно выразить как положительную тенденцию применения норм международного права в судебной практике России.
Однако подобных прецедентов еще недостаточно, и в данной сфере необходимо распространять информацию о Конвенции и ее контрольном механизме среди судей, работников прокуратуры, внутренних дел, правоохранительных органов для прояснения ее содержания и практики применения.

2. Проблемы применения российскими судами решения Европейского суда по правам человека
2.1 Правовая природа решений Европейского суда по правам человека

В последнее время большой интерес у ученых – правоведов вызывает вопрос о правовой природе "правовых позиций" Европейского суда по правам человека. Большинство специалистов например, Б.Л. Зимненко, В.В.Ершов, Е.А. Ершова справедливо замечают: глобализация - одна из наиболее доминирующих закономерностей современного мирового сообщества.
В литературе существует мнение, согласно которому решения судов по конкретным делам как правовые акты судебной власти и разъяснения высших судебных органов рассматриваются в качестве особого вида источников права. Так, Е.В. Грин указывает: "...судебный прецедент является одним из особых видов источников права. Сущность его заключается в придании нормативного характера решению суда высокой инстанции по конкретному делу, причем обязательным для всех нижестоящих судов является не решение или приговор целиком, а только "сердцевина" дела, суть правовой позиции судьи". Также можно отметить позицию С.Ю. Чучи, который указывает, что признание судебного прецедента в качестве источника трудового права не подрывает принципа разделения властей.
Как представляется, юридическая природа "правовых позиций" Европейского суда по правам человека является одной из важнейших проблем в общем ряду дискуссионных вопросов о судебной практике, как "особом виде" среди источников права. В литературе активно дискутируется суждение "о прецедентной практике Европейского суда".
Так, некоторые ученые рассматривают постановления Европейского суда по правам человека в качестве судебного прецедента - самостоятельного источника права. Так, Д.В. Зверев, указывает, что "...в российскую правовую систему инкорпорирован новый источник права - прецеденты Европейского суда по правам человека". С.С. Алексеев считает: "Надо полагать, настала пора вообще изменить наше видение правосудия. Интерпретацию его назначения как одного лишь "применителя права". Опыт развитых демократических стран, причем не только англо-американской группы, свидетельствует, что высокий уровень правового развития достигается в обществе тогда, когда суд, опираясь на Конституцию, закон, общепризнанные права человека, также и творит право. Поэтому придание решениям высших судебных инстанций страны функций судебного прецедента представляется делом назревшим, вполне оправданным.
Основывая свои выводы указанные и другие сторонники данной точки зрения в основном традиционно ссылаются на действительно существующую практику Европейского суда по правам человека, Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ. Так, Микеле де Сальвио пишет: "...в свете прецедентного права... суд заполнил пробел, который, как он сам признавал, существовал до относительно недавнего времени". Также можно отметить мнение П.А. Гука, который указывает, что в романо-германской правовой системе судебная практика (прецедент) хотя и занимает вторичное место после закона, тем не менее выполняет присущие только ей функции прецедента как источника права. Этому способствует развитая судебная система в лице высших судебных органов, которые вырабатывают и создают судебную практику, благодаря высшей квалификации судей и официальности судебных сборников.
Вместе с тем, как справедливо замечает М.Н. Марченко, "при этом вне поля зрения авторов остаются некоторые весьма важные вопросы, касающиеся факторов, предопределяющих юридическую природу и характер решений Европейского суда; причин и обстоятельств, позволяющих рассматривать данные решения в качестве прецедентов; особенностей решений Суда, именуемых прецедентами, по сравнению с другими источниками права в случае признания их в качестве таковых, а также по сравнению с традиционными, "классическими" прецедентами".
Также М.Н. Марченко вполне обосновано отмечает, что если Конвенция и судебная практика ограничивают Суд относительно формулирования общих норм и "абстрактного высказывания" по поводу соответствия национального законодательства и судебной практики Конвенции, то это означает, что Суд лишен возможности (не только в процессе правоприменения, но и в процессе толкования Конвенции и Протоколов к ней) принимать акты, которые содержали бы в себе четко сформулированные правила и которые можно было бы рассматривать в виде прецедентов, относящихся к категории ("модели") нормоустанавливающих актов (вторая "модель" восприятия прецедента).
Важнейшее теоретическое и практическое значение имеет ст. 1 Федерального закона от 30.03.1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней": "Российская Федерация в соответствии со статьей 46 Конвенции признает ipso facto (в силу самого факта) и без специального соглашения юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после их вступления в действие в отношении Российской Федерации". Отсюда можно сделать важный вывод: постановления Европейского суда, принятые против России, являются обязательными для правотворческих, исполнительных и судебных органов государственной власти, а также для органов местного самоуправления.
Судебный прецедент получил законодательное закрепление в Индии, Израиле, Италии, Швейцарии и др. странах.
По мнению П.А. Гука "признание в российской правовой системе судебного прецедента источником права позволит более оперативно восполнять пробелы в нормативных правовых актах; совершенствовать и укреплять судебную защиту прав и свобод человека; выступать регулятором баланса (путем механизма сдержек и противовесов) в отношениях между исполнительной и законодательной властью; способствовать формированию правовой государственности в Российской Федерации".
В.И. Анишина и Г.А. Гаджиев также полагают: "Федеральный закон о ратификации Конвенции решил... старый теоретический спор о том, являются ли вообще судебные акты источником права. Безусловно, решения Европейского суда по правам человека следует признавать источником права, входящим в качестве основной части вместе с нормами Конвенции и Протоколов к ней в правовую систему РФ (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ). На признании этого вывода может быть построен механизм возможного влияния юриспруденции Европейского суда по правам человека на судебную практику российских судов".
В процессе принятия Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 г. N 23 "О судебном решении" также возникла дискуссия о правовой природе, в том числе и постановлений Европейского суда по правам человека. Сторонники позиции, суть которой состояла в том, что постановления Европейского суда по правам человека являются судебными прецедентами - самостоятельной формой права, оказались в меньшинстве. В результате в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" в соответствии с Конституцией РФ, теорией систем и общей теорией права разъяснено: "Поскольку в силу части 4 статьи 198 ГПК РФ в решении суда должен быть указан закон, которым руководствовался суд, необходимо указать в мотивировочной части материальный закон, примененный судом к данным правоотношениям, и процессуальные нормы, которыми руководствовался суд. Суду также следует учитывать ... постановления Европейского суда по правам человека, в которых дано толкование положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подлежащих применению в данном деле".
По содержанию толкование права возможно рассматривать как уяснение права для себя и разъяснение его для других в процессе рассмотрения конкретного спора. Следовательно, в процессе толкования права судья не творит новое право, а лишь более глубоко его познает и разъясняет сторонам спора, используя исторический, логический, языковый и системный способы толкования. В силу объективных и субъективных факторов толкование права в процессе его применения является естественным и объективно необходимым мыслительным процессом. "Необходимость толкования норм права, - справедливо отмечает А.Ф. Черданцев, - обусловлена их признаками, особенностями форм выражения вовне и функционирования... их языково-логической и "юридической" формой... вытекает также из такого свойства правовых норм, как их системность".
В связи с изложенными представляется спорным вывод И.С. Метловой, полагающей: "К решениям Европейского суда по правам человека как к источнику права следует отнести постановления Палат по существу дела, об исключении жалобы из списка (о снятии дела со слушания) и решения по вопросу приемлемости жалобы". В то же время, видимо осознавая многогранность проблемы, И.С. Метлова отмечает: "Природа решений Европейского суда по правам человека триедина, что обусловлено следующими факторами: а) содержащиеся в них правовые позиции носят нормативный характер; б) в решениях дается толкование Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней; в) сами решения носят правоприменительный характер, поскольку в них содержится решение по конкретному делу". Однако далее И.С. Метлова, на мой взгляд, без достаточно убедительных теоретических аргументов приходит к заключению: "Применяя и толкуя Конвенцию в рамках конкретного дела, Европейский суд создает нормативные установки в виде своих правовых позиций. Именно это обстоятельство дает основание считать решения Европейского суда по правам человека источниками права - судебными прецедентами, а не актами толкования или применения... Исходя из понимания Конвенции как первичного источника права, следует отнести решения Европейского суда по правам человека к категории производных источников права".
Подводя итог сказанному можно определить следующее.
Во-первых, "правовые позиции" Европейского суда по правам человека не являются особого вида источниками права. Во-вторых, хотелось бы присоединиться к выводу В.В. Ершова, справедливо полагающего: "Постановления Европейского суда по правам человека, вынесенные против России, ipso facto и без специального соглашения в силу статьи 1 Федерального закона "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" являются прецедентами толкования, обязательными в России для органов государственной власти, местного самоуправления и иных лиц".

Заключение

В заключение настоящей работы необходимо отметить следующее.
Несмотря на особое значение и статус Европейского суда, до сих пор открытым остается вопрос о характере выносимых Судом постановлений и их значении в российской правоприменительной практике. Относительно обозначенной проблемы сформировалось два подхода. Ряд исследователей указывают на обязательную силу только тех постановлений Европейского суда, которые вынесены с участием РФ. Другие авторы подчеркивают обязательный характер всех постановлений Европейского суда, как адресованных непосредственно РФ, так и вынесенных в адрес иных государств.
Изложенные теоретические и правовые аргументы позволяют сделать вывод: постановления Европейского суда по правам человека, вынесенные против России, ipso facto и без специального соглашения являются прецедентами толкования, обязательными в России для органов государственной власти, местного самоуправления и иных лиц.
Европейский суд по правам человека не является правотворческим органом, а имеет право лишь толковать Европейскую конвенцию о правах человека. Суды должны руководствоваться соответствующими пунктами Европейской конвенции о правах человека с учетом их обязательного для российских судов толкования Европейским судом по правам человека.
Европейский суд по правам человека вправе толковать Европейскую конвенцию о правах человека по тождественным спорам только аналогичным образом, независимо от того, против какого государства принимается постановление. Отсюда российские судьи должны получать заверенные переводы постановлений Европейского суда по правам человека, вынесенных не только против России, но и против других государств.

Список использованной литературы

Конвенция о защите прав человека и основных свобод, заключена в Риме 4 ноября 1950 г. // Собрание законодательства РФ. 2001. N 2. Ст. 163.
Конституция РФ (принята всенародным референдумом 12.12.1993 г.) // Российская газета. 1993. 25 дек.
Федеральный закон от 30.03.1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" // Собрание законодательства РФ. 1998. N 14. Ст. 1514.
Информационное письмо ВАС РФ от 20 декабря 1999 г. N С1-7/СМП-1341 "Об основных положениях, применяемых Европейским судом по правам человека при защите имущественных прав и права на правосудие" // Вестник ВАС РФ. 2000. N 2.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 г. N 23 "О судебном решении" // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. N 2.
Постановления Европейского Суда по правам человека от 11.01.2007 г. N 184/02 по делу Кузнецов и другие против России // Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2007. N 7.
Постановления Европейского Суда по правам человека от 20.10.2005 г. N 63993/00 по делу Романова против Российской Федерации // СПС КонсультантПлюс
Постановление Европейского Суда по правам человека от 29.01.2004 г. N 53084/99 по делу Кормачева против Российской Федерации // Европейский Суд по правам человека и Российская Федерация: Постановления и решения, вынесенные до 1 марта 2004 года. М.: Норма, 2005.
Решения Европейского Суда по правам человека от 24.07.2003 г. N 46133/99, 48183/99 по делу Смирнова против России // Бизнес-адвокат. 2003. N 20.
Алексеев С.С. Теория права. М., 1994.
Анишина В.И. Влияние решений Европейского суда по правам человека на российское правосудие // Международное публичное и частное право. 2007. N 3.
Бойцова В.В., Бойцова Л.В. Судебный прецедент: зарубежный опыт и российские перспективы // Российский судья. 1999. N 3.
Вильдхабер Л. Место Европейского суда по правам человека в европейском конституционном ландшафте // Конституционное правосудие на рубеже веков: Материалы международной конференции, посвященной 10-летию Конституционного Суда Российской Федерации. М.: Норма, 2002.
Витрук Н.В. О некоторых особенностях использования решений Европейского суда по правам человека в практике Конституционного Суда Российской Федерации и иных судов: Антология научной мысли: К 10-летию Российской академии правосудия: Сборник статей / Отв. ред. В.В. Ершов, Н.А. Тузов. Статут, 2008.
Водолагин С. Конвенция о правах человека как составная часть правовой системы России // Российская юстиция. 2001. N 8.
Гук П.А. Судебный прецедент как источник права. Пенза, 2003.
Ершов В.В. Прецеденты толкования Европейского суда по правам человека // Российское правосудие. 2007. N 1 (9).
Ершов В.В. Судебная власть в правовом государстве: Дисс. ... докт. юрид. наук. М., 1992.
Ершов В.В., Ершова Е.А. Современные проблемы международного права // Российское правосудие. 2006. N 2.
Ершова Е.А. Правовая природа постановлений Европейского суда по правам человека // Трудовое право. 2009. N 2.
Ершова Е.А. Правовая природа постановлений Европейского суда по правам человека // Трудовое право. 2009. N 2.
Зверев Д.В. Новые источники гражданского процессуального права в свете Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод // Европейская интеграция и развитие цивилистического процесса в России. М., 2006.
Зимненко Б.Л. Международное право и правовая система Российской Федерации. М., 2006.
Маврин С.П. Современные проблемы общей части российского трудового права. СПб., 1993.
Марченко М.Н. Юридическая природа и характер решений Европейского суда по правам человека // Государство и право. 2006. N 2.
Метлова И.С. Решения Европейского суда по правам человека в системе источников российского права: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. М., 2007.
Опарина М.В Правовое значение решений Европейского суда по правам человека // Международное публичное и частное право. 2008. N 4.
Опарина М.В. Правовое значение решений Европейского суда по правам человека // Международное публичное и частное право. 2008. N 4. 4.
Сальвио М. В какой мере прецедентная практика Европейского суда по правам человека оказывает влияние на законодательство и судебную практику государств - членов Совета Европы? // Права человека. 2006. N 5.
Самостоятельность и независимость судебной власти Российской Федерации. М.: Юрист, 2006.
Черданцев А.Ф. Толкование советского права. М., 1979.
Чуча С.Ю. Судебные акты в системе источников трудового права России: современные тенденции // Современные тенденции в развитии трудового права и права социального обеспечения / Под ред. К.Н. Гусова. М., 2007.